В беседе с корреспондентом «Страны Калининград» художник, дизайнер, преподаватель каллиграфии и представительница легендарного первого выпуска художественного отделения при Музыкальном колледже Лора Бровко вспоминает калининградские 90-е, рассказывает о работе в мире моды, делится философией искусства письма и объясняет, почему современная мода уходит от трэша и возвращается к элегантности.
Взяли сразу в третий класс
— Лора, ваш путь в искусство был случайным или закономерным?
— Скорее закономерным. У старшей сестры был абсолютный слух, она училась играть на флейте и отлично рисовала. Мама отдала ее в музыкальную школу. А меня туда не взяли, сказали — недостаточно данных. Я страшно завидовала сестре. Зато с художественными способностями всё было отлично, и в художественную школу на проспекте Мира я привела маму за руку сама (смеётся). Меня сразу приняли в третий класс из четырёх. И уже тогда знала точно: хочу быть художником.
Но попытка поступить в Московское художественное училище провалилась. Стресс, слёзы. После чего отправилась работать чертёжником в «Гражданпроект» на Московском проспекте. Там мы проделывали удивительные на сегодняшний день вещи: вручную делали раскраски фасадов и технические чертежи. Параллельно училась в областной библиотеке в прямом и переносном смысле. Работала там художником, оформляла выставки, писала заголовки. И каждый день ходила в хранилища читать журналы и книги по искусству – это были счастливые часы! Там были немецкие журналы по графическому дизайну, поэзия, огромный отдел литературы по ИЗО. Это был настоящий мой университет.
— Хочется повспоминать о первом выпуске художественного отделения Калининградского музыкального училища.
— Оно появилось благодаря счастливому стечению обстоятельств. Отец моей одноклассницы Лены Грачёвой возглавлял в ту пору отдел культуры. Он и инициировал открытие отделения ради дочки, у которой был художественный талант. Мы были первым выпуском. Нам было сложнее: никаких образцов, никаких архивов. Но и интереснее: сами придумывали самые невероятные техники. Поступление на наше отделение стало началом большого творческого пути сразу для нескольких будущих известных художников. В параллельной группе училась Ольга Дмитриева, замечательный калининградский художник. Мы очень дружны все эти годы, и я радуюсь, когда Ольга приглашает меня в свои проекты.
— Среди ваших преподавателей были Израил Гершбург и Виктор Горбунов.
— Израил Матвеевич навсегда останется в памяти. Добрый, яркий, светлый человек, мы его обожали, с удовольствием приходили в гости в мастерскую. Бывало, на пленэре подойдёт к мольберту, ткнёт пальцем в рисунок со словами «Вот в этом углу поправь ракурс», после чего всё становилось на место. А на занятиях Виктора Горбунова, помню, работаешь над портретом, а глаз не получается, мёртвый совершенно. Подходит мэтр, делает один мазок, и всё – глаз ожил, засиял!
Каллиграфия как дзен
— Сегодня вы преподаёте каллиграфию и нестандартные техники рисования для детей. Каллиграфия для вас — философия?
— Это действительно так. Постоянно придумываю методики, техники – то, что нужно для воспитания сегодняшних динамичных детей. По сути, каллиграфия – это арт—терапия. Ведь письмо – это новые нейронные связи. Наши руки прямо связаны с мозгом. Чем сложнее пишешь, тем сильнее развиваешься. Мой стиль и в каллиграфии, и в графике, и в дизайне одежды – внешнее проявление моего внутреннего мира. Это эмоция и стремление к свободе!
— Удаётся ученикам удивить вас?
— Одна ученица после урока леттеринга начала зарабатывать в школе: по 150 рублей за красивую подпись или имя. Вот так работает голова у нынешнего поколения — они сразу ищут, как монетизировать навык (смеётся).
Справка «СК»
Лора Бровко родилась в 1959 г. в Калининграде. Закончила художественное отделение при Калининградском музыкальном училище. Член Союза дизайнеров России, участница многочисленных конкурсов и выставок моды в России и за рубежом, в том числе в Голливуде. Основательница бренда LORA BROVKO, продукция которого представлена не только в калининградских, но и в московских бутиках. Получила дополнительное образование по каллиграфии в Клайпедском отделении Вильнюсской Академии искусств.
Принципиальные вещи вне времени
— Как и когда в вашу жизнь вошла мода?
— Мода во мне с детства. Мама — частная портниха, папа ходил в море и привозил вещи, которых ни у кого не было. В семь лет у меня были гольфики с кисточками и лаковые туфельки с перламутровыми пуговками. Сестра и я сами шили дома. Мама приходила с работы, а мы уже сидим за машинкой. В училище меняла одежду каждый день: то ленточку перешью, то кофту сошью. В 1992 году я выпустила свою первую коллекцию. Там был трикотажный костюм в стиле шанель. Представьте себе, более 30 лет спустя я надеваю этот костюм, и он по—прежнему выглядит актуально. Дело в том, что я принципиально делаю вещи вне времени. И люди это чувствуют.
— Вы принимали участие в крупных международных проектах. Ощутили на себе, что мир большой моды — это джунгли, в которых могут съесть?
— Я участвовала в крупных проектах как член жюри, а в США представляла свои коллекции на Miss Russian California и Miss Russian Los Angeles. Работала с русскоязычными девушками, которые потом шли на Мисс Америка. Выступала как дизайнер вечерних выходов — это престижно и красиво. Но я не игрок haute couture. Там работают бренды. Дизайнеров переставляют между домами — это маркетинговая игра, в которой я, к счастью, не участвовала. Поэтому быть съеденной не могла (смеётся).
— Последнее десятилетие упорно правят бал искажённые формы, ассиметрия, рванина – в общем, сплошной деструктив…
— На последнем показе Баленсиага этот деструктив был широко представлен — сплошные искажённые формы, трэш под видом элитарности. Кристобаль Баленсиага, если бы встал из гроба, то, увидев это, упал бы обратно! Я считаю, что гранж и показная небрежность передают тяжёлую, нездоровую энергетику.
— А насчёт противоположной гранжу «тихой роскоши» что думаете?
— Тренд quiet luxury, он же — оld money style и «тихая роскошь», мне близок. В 50–60—е был расцвет этой эстетики. И я рада, что она снова завоёвывает мир. Майкл Корс показал шикарную коллекцию 2026 года — элегантные силуэты, миди, карминовые оттенки. Женственность неотвратимо возвращается!
Стильно и без больших денег
— Сегодня все одеваются в одних и тех же магазинах, улицы полны одинаково одетыми «близнецами». Как выбиться из общего стандартного потока?
— Уверена: надо искать вещи не в масс—маркете, а в винтажных магазинах. Культура винтажа — и это классно. Old money style собирают именно из винтажных вещей. Главное — индивидуальность. Одну винтажную вещь сочетают с современной, и получается единственный и неповторимый стиль. Ресайкл и переделка вещей — экологично и модно. Можно расписать джинсы или футболку акрилом – это под силу каждой из нас, причём креативить можно безгранично!
— В двухтысячных был период, когда многие были буквально подвинуты на брендах. Сегодня тенденция меняется?
— К счастью, меняется. «No name» сегодня гораздо моднее громких брендов. Раньше были забренденные мозги, сейчас разбренденные. И это прекрасно. И главное — улыбка. Она важнее любой одежды. Бывает, женщина одета просто, но глаза сияют — и всё прекрасно.
К 80-летию Калининградской области
Каждый день эти люди делают что-то важное: лечат, учат, строят, вдохновляют, помогают. Без громких слов и титулов, но с любовью к своему делу и к родному краю. В рубрике «Люди города» — истории тех, кто создаёт жизнь вокруг нас и делает Калининград особенным.
