Если приглядываться внимательно, то в истории Мемеля можно увидеть немало параллелей с Кёнигсбергом. Тут и замок – наследие Тевтонского ордена, и прочная укорененность в немецкой исторической памяти: Театральную площадь украшает памятник «Аннушке из Тарау».
Дочь деревенского священника (Тарау – ныне Владимирово Багратионовского района. – Прим. авт.) вошла в мировую литературу благодаря родившемуся в Мемеле поэту Симону Даху, который сочинил песню в честь юной невесты. Морской музей в Смилтине, занявший помещения старого форта, выглядит как гибрид нашего Музея Мирового океана и зоопарка, рыбацкие шхуны соседствуют с невероятной красоты много-уровневым аквариумом.
Город и фестиваль
И еще нас роднит джаз. Это самая любимая музыка Клайпеды – особенно в первые выходные июня, когда в городе проводится фестиваль «Замковый джаз». Он дитя перестройки, родившийся почти одновременно с восстановлением литовской независимости – первый фестивальный концерт состоялся в 1994 году. С тех пор, пожалуй, только один год был, когда организатор фестиваля Витаутас Грубляускас обратился к сообществу зрителей с горестным заявлением о том, что денег не хватает. А во все остальные годы начало лета в Клайпеде ассоциируется прежде всего с хорошей музыкой для хороших людей: это девиз фестиваля.
И людей таких в Клайпеде все больше, поэтому с Театральной площади, где все начиналось, несколько лет назад пришлось переехать на причал для круизных лайнеров.
Идеальное получилось решение: высоченная сцена, перед ней огромное пространство, а фоном для всего происходящего служат Куршская коса и залив с проходящими по нему судами. Никакой режиссер бы не смог сочинить более удачную метафору: джаз – это музыка в движении, в развитии, в стремлении к новому. И к свободе. И Клайпеда тоже постоянно развивается. Так что город и фестиваль в чем-то близнецы-братья.
К тому же у них, если можно так выразиться, один «папа» – джазмен Витаутас Грубляускас. Правда, в 2004 году он ушел в политику, был избран депутатом Сейма – высшего законодательного органа Литвы, а с 2011 года уже трижды побеждал на выборах мэра Клайпеды (последний раз – весной этого года). Так что управление фестивалем давно передал супруге Инге Грубляускене – справляется отлично.
Но нельзя же представить себе, что музыкант из-за политической карьеры откажется от призвания? Поэтому, если хотите во время „Pilies Jazz“ найти мэра Клайпеды для интервью, ищите его за кулисами! Просто спросите, где Конгас. Это прозвище приклеилось к городскому голове еще в юности, причем так крепко, что даже американская певица литовского происхождения Николь Жюрайтис, вызывая его на сцену для приветствия, объявляет: «А теперь выступает мэр Конгас!» Кстати, с музыкальным инструментом – конгой – ничего общего. Грубляускас улыбается:
– Этой истории уже столько лет... С 1978–1979 года идет, даже больше, наверное. В то время на советские экраны вышел фильм о Кинг-Конге, народ в очередях часами стоял, чтобы билеты купить. Я тогда весил, может, чуть меньше, но роста высокого, да еще и бакенбарды отрастил. И кто-то из друзей сказал, что я похож на Кинг-Конга: довольно-таки суровая внешность, а внутри добрый человек. Так и стали звать Конгасом, а «Кинга» не добавляли. К тому же у нас имена-фамилии сами знаете какие. Когда играешь за границей, для них освоить, как меня зовут, миссия невыполнимая. А скажешь «Конгас», и все понимают!
Папа волнуется
Итак, место действия – терминал для круизных лайнеров в порту Клайпеды, время действия – суббота, 8 июня. Уже состо-ялось блестящее выступление киевлянки Лауры Марти и «Jazz in Kiev Band», в финале обещаны «All McKay‘s Earth Wind and Fire Experience», а совсем скоро на сцене окажется компания басистов, польскому музыканту Войтеку Пилиховскому подыграют клайпедчане. И одна из них, девочка с зеленоватыми «русалочьими» волосами и бас-гитарой в половину ее роста – дочь Витаутаса. Папа волнуется!
– Витаутас, сколько ваших детей занимаются музыкой?
– С моими детьми трудно разобраться даже налоговой инспекции. Моя дочь от первого брака живет в Швейцарии, уже подарила мне двоих внуков. Мы с Ингой растим сейчас четверых детей: двое старших из ее первого брака и двое наших общих. Так что я отец пятерых детей. Из них двое играют.
Мой младший сын – талантливый парень, но его постоянно приходится убеждать, чтобы шел заниматься. А дочь Эльза – бас-гитаристка. Трудолюбивая и строптивая, она выбрала инструмент, весьма непривычный для девушек. Но главное, что она сама сделала свой выбор. Хотя он не самый удобный: инструмент большой, постоянно приходится подключать аппаратуру... Но Эльза из тех детей-музыкантов, которым надо напоминать об отдыхе!
– Послевоенная Клайпеда была прежде всего городом докеров, портовых работяг. Ваши предшественники, в том числе легендарный председатель исполкома Альфонсас Жалис, приложили немало сил к тому, чтобы привлечь сюда деятелей культуры. Известно, что Жалис лично ездил в Вильнюс и уговаривал выпускников академий художеств пере-ехать в Клайпеду. Так здесь оказался, например, скульптор Клаюдиус Пудимас. А как бы вы охарактеризовали Клайпеду сегодняшнюю?
– Да Клайпеда как была, так и остается одним из самых старых городов Литвы по своей истории. Но по амбициям и по потенциалу это один из самых молодых городов. Наличие порта, конечно же, отличает нас от других городов. Но, хотя мы и промышленный город, у нас большое внимание уделяется экологии, качеству жизни, городской инфраструктуре. В то же время мы – центр всей Западной Литвы, ведь, кроме порта, у нас в уезде есть аэропорт в Паланге, магистраль до Вильнюса, железная дорога. Так что, наверное, этот город амбициозный. Но у него джазовый дух.
Я горжусь, когда слышу, как Клайпеду называют «балтийским Новым Орлеаном».
Джаз-туризм – почему нет?
– А вы не боитесь конкуренции с польскими соседями? Недавно объявлено о планах по строительству нового глубоководного Центрального порта в Гданьске. Он должен вступить в строй в 2029 году, объем инвестиций, по оценкам, составит около 3 миллиардов евро.
– Конкуренции, наверное, не надо бояться никому, хотя это жизни не облегчает. Она просто не оставляет тебе иного выхода, кроме как двигаться вперед. Калининград сейчас тоже набирает обороты, мы слышали о планах по развитию приема круизных кораблей. Лично я смотрю на конкуренцию как на возможность, а не как на угрозу. Порт у нас государственный, муниципалитет не влияет на его управление. Но, конечно, сильный порт – сильный город – сильное государство.
– Ваш коллега, мэр самоуправления Неринги Дарюс Ясайтис, в интервью нашей газете жаловался на туристов-круизников! Мол, не ночуют, денег не оставляют...
– Да, я много раз слышал подобную оценку, и я понимаю Дарюса Ясайтиса как мэра. Смотря с его позиции, а он руководит одним из самых маленьких самоуправлений Литвы, конечно, обидно не получать никаких дивидендов от этих туристов. Но надо искать новые формы, чтобы «стать полезными для туристов»: остались поесть, купили больше каких-то сувениров.
Я все-таки считаю, что туристы – это настоящий клад, это большая возможность. Только надо уметь этим воспользоваться.
– А насколько важен туризм для Клайпеды?
– Клайпеда – город промышленный, и туризм не является нашим главным экономическим «топливом». Но, безусловно, турист приносит городу доходы опосредованно: через траты в гостиницах, барах, ресторанах. Вот фестиваль «Замковый джаз» бесплатный и всегда был бесплатным для посещения, поэтому по билетам считать не получится. Но мы проводим соци-ологические исследования, замеры. На лучших концертах у нас здесь на территории терминала собиралось до 8–10 тысяч человек. Считайте, что за два-три дня Клайпедского фестиваля здесь побывает 20–25 тысяч людей. И я думаю, что не меньше половины, а то и больше – это приезжие.
– Вопрос из разряда «что было раньше – курица или яйцо?». Этот фестиваль «Замковый джаз» (он учрежден в 1994 году. – Прим. авт.) появился потому, что Клайпеда такой музыкальный город? Или, наоборот, джаза в городе стало больше благодаря вам?
– Тяжело определить с ходу. Просто в 1992–1993 году ощущался большой подъем стилей «буги», диксиленд, я в то время играл с группой, концертировал в Швейцарии, Голландии, Польше, Германии. Мы участвовали во многих фестивалях джаза, нас хорошо принимали. В то время в Литве уже существовали фестивали в Каунасе и Бирштонасе, но у них свой стиль, своя направленность, диксиленд там был слабо представлен. И я подумал: почему бы и нет? Но важнейшим опытом стало участие в двух больших диксиленд-фестивалях в Германии – и это стало моей «точкой опоры». А уже потом сам фестиваль дал толчок к появлению клуба, мощный импульс для нашего университета, у нас появилась кафедра джаза. Да, тут уж наш фестиваль сам стал «двигателем».
– Вы еще преподаете там?
– Уже лет пятнадцать как не преподаю. Когда надо было выбирать в 2004-м – политика или преподавание, я решил: пусть музыка остается «для души».
С президентом на «ты»
– В марте 2019 года состоялись выборы президента Литвы, на которых вы поддерживали кандидата Гитанаса Науседу, уроженца Клайпеды. Как думаете, может теперь Клайпеда ожидать особого к себе отношения?
– Я несколько раз официально, публично и достаточно громко сказал, что в Литве многие, и я сам, будут сильно разочарованы, если новый президент вдруг начнет «исключительно любить» свой город и как-то ему помогать, направлять. Все-таки президент Литвы обязан относиться ко всем в равной степени. Но, безусловно, существует духовная связь, эмоциональная, она важна, когда ты можешь с президентом общаться чуть ли не на «ты», когда вы выросли в одном городе. Мы даже пели в одном и том же хоре мальчиков, правда, в разное время. Легче договориться о присутствии на каких-то мероприятиях, о поддержке конкретных проектов, важных для Клайпеды. Я как раз могу сказать, что у нашего города много потенциала, ранее не использовавшегося. Перемены в этом поле могут и должны быть.
– Науседа бывал в Калининграде?
– В советское время? Наверняка!
– Витаутас, мы говорим сейчас о хорошем, да и настроение у нас соответственно фестивалю приподнятое. Но ни один город не избавлен от проблем. Каковы основные болевые точки Клайпеды? Например, отток населения в Европу – для вас большая проблема?
– Не только для Клайпеды, но и для других стран Восточной Европы. Когда открылись границы, как только мы стали членами Шенгена и ЕС, люди просто начали искать места, где им лучше живется. Конечно, когда за одну и ту же работу где-то получаешь больше, туда и тянет. Это потом уже начинаешь замечать, что получаешь больше, но и платить больше приходится. Но все-таки живя, допустим, в тех странах, куда мигрируют – Германия, Норвегия, Великобритания, – люди экономят, набирают капитал, посылают деньги на родину, даже возвращаются. Но я всегда говорю, особенно о молодых людях, о студентах: это хорошо, что они уезжают. Они имеют возможность выбрать для себя лучший вариант образования. Самое главное – чтобы было что-то, что потянет их назад. Пусть возвращаются и применяют полученные знания, опыт здесь, в Литве.
– У вас никогда не было желания покинуть Клайпеду, пере ехать в город больше?
– Я работал в Вильнюсе почти восемь лет, это был новый полезный опыт. Но тяга к Клайпеде оказалась сильнее, чем желание остаться в Вильнюсе.
– Приезжие, конечно, прежде всего исследуют исторический центр, «сенамиестас» – Старый город. А какой район нравится лично вам?
– Как глава города я с равной любовью отношусь ко всем районам, все они требуют моего внимания. Но как житель Клайпеды могу сказать, что родился в старом районе, долгое время жил в новых районах, за свои 62 года изучил, пожалуй, все части города. Сейчас живу в Мельнраге у самого моря. Для меня, конечно, если бы нужно было выбирать, я бы то же место и выбрал, где сейчас: у моря, у леса.
Справка «СК»
Годом основания Клайпеды считается 1252 год, когда Ливонский орден построил в устье реки Данге деревянный замок Мемельбург. Сегодня Клайпеда – крупнейший балтийский порт и важный центр литовской экономики. Кроме судостроения и ремонта, развиваются рыбообработка, молочная промышленность, мебельное и прочее производство. По данным 2018 года, население составляет около 150 000 человек, это третий по величине город Литвы после Вильнюса и Каунаса.
Дочь деревенского священника (Тарау – ныне Владимирово Багратионовского района. – Прим. авт.) вошла в мировую литературу благодаря родившемуся в Мемеле поэту Симону Даху, который сочинил песню в честь юной невесты. Морской музей в Смилтине, занявший помещения старого форта, выглядит как гибрид нашего Музея Мирового океана и зоопарка, рыбацкие шхуны соседствуют с невероятной красоты много-уровневым аквариумом.
Город и фестиваль
И еще нас роднит джаз. Это самая любимая музыка Клайпеды – особенно в первые выходные июня, когда в городе проводится фестиваль «Замковый джаз». Он дитя перестройки, родившийся почти одновременно с восстановлением литовской независимости – первый фестивальный концерт состоялся в 1994 году. С тех пор, пожалуй, только один год был, когда организатор фестиваля Витаутас Грубляускас обратился к сообществу зрителей с горестным заявлением о том, что денег не хватает. А во все остальные годы начало лета в Клайпеде ассоциируется прежде всего с хорошей музыкой для хороших людей: это девиз фестиваля.
И людей таких в Клайпеде все больше, поэтому с Театральной площади, где все начиналось, несколько лет назад пришлось переехать на причал для круизных лайнеров.
Идеальное получилось решение: высоченная сцена, перед ней огромное пространство, а фоном для всего происходящего служат Куршская коса и залив с проходящими по нему судами. Никакой режиссер бы не смог сочинить более удачную метафору: джаз – это музыка в движении, в развитии, в стремлении к новому. И к свободе. И Клайпеда тоже постоянно развивается. Так что город и фестиваль в чем-то близнецы-братья.
К тому же у них, если можно так выразиться, один «папа» – джазмен Витаутас Грубляускас. Правда, в 2004 году он ушел в политику, был избран депутатом Сейма – высшего законодательного органа Литвы, а с 2011 года уже трижды побеждал на выборах мэра Клайпеды (последний раз – весной этого года). Так что управление фестивалем давно передал супруге Инге Грубляускене – справляется отлично.
Но нельзя же представить себе, что музыкант из-за политической карьеры откажется от призвания? Поэтому, если хотите во время „Pilies Jazz“ найти мэра Клайпеды для интервью, ищите его за кулисами! Просто спросите, где Конгас. Это прозвище приклеилось к городскому голове еще в юности, причем так крепко, что даже американская певица литовского происхождения Николь Жюрайтис, вызывая его на сцену для приветствия, объявляет: «А теперь выступает мэр Конгас!» Кстати, с музыкальным инструментом – конгой – ничего общего. Грубляускас улыбается:
– Этой истории уже столько лет... С 1978–1979 года идет, даже больше, наверное. В то время на советские экраны вышел фильм о Кинг-Конге, народ в очередях часами стоял, чтобы билеты купить. Я тогда весил, может, чуть меньше, но роста высокого, да еще и бакенбарды отрастил. И кто-то из друзей сказал, что я похож на Кинг-Конга: довольно-таки суровая внешность, а внутри добрый человек. Так и стали звать Конгасом, а «Кинга» не добавляли. К тому же у нас имена-фамилии сами знаете какие. Когда играешь за границей, для них освоить, как меня зовут, миссия невыполнимая. А скажешь «Конгас», и все понимают!
Папа волнуется
Итак, место действия – терминал для круизных лайнеров в порту Клайпеды, время действия – суббота, 8 июня. Уже состо-ялось блестящее выступление киевлянки Лауры Марти и «Jazz in Kiev Band», в финале обещаны «All McKay‘s Earth Wind and Fire Experience», а совсем скоро на сцене окажется компания басистов, польскому музыканту Войтеку Пилиховскому подыграют клайпедчане. И одна из них, девочка с зеленоватыми «русалочьими» волосами и бас-гитарой в половину ее роста – дочь Витаутаса. Папа волнуется!
– Витаутас, сколько ваших детей занимаются музыкой?
– С моими детьми трудно разобраться даже налоговой инспекции. Моя дочь от первого брака живет в Швейцарии, уже подарила мне двоих внуков. Мы с Ингой растим сейчас четверых детей: двое старших из ее первого брака и двое наших общих. Так что я отец пятерых детей. Из них двое играют.
Мой младший сын – талантливый парень, но его постоянно приходится убеждать, чтобы шел заниматься. А дочь Эльза – бас-гитаристка. Трудолюбивая и строптивая, она выбрала инструмент, весьма непривычный для девушек. Но главное, что она сама сделала свой выбор. Хотя он не самый удобный: инструмент большой, постоянно приходится подключать аппаратуру... Но Эльза из тех детей-музыкантов, которым надо напоминать об отдыхе!
– Послевоенная Клайпеда была прежде всего городом докеров, портовых работяг. Ваши предшественники, в том числе легендарный председатель исполкома Альфонсас Жалис, приложили немало сил к тому, чтобы привлечь сюда деятелей культуры. Известно, что Жалис лично ездил в Вильнюс и уговаривал выпускников академий художеств пере-ехать в Клайпеду. Так здесь оказался, например, скульптор Клаюдиус Пудимас. А как бы вы охарактеризовали Клайпеду сегодняшнюю?
– Да Клайпеда как была, так и остается одним из самых старых городов Литвы по своей истории. Но по амбициям и по потенциалу это один из самых молодых городов. Наличие порта, конечно же, отличает нас от других городов. Но, хотя мы и промышленный город, у нас большое внимание уделяется экологии, качеству жизни, городской инфраструктуре. В то же время мы – центр всей Западной Литвы, ведь, кроме порта, у нас в уезде есть аэропорт в Паланге, магистраль до Вильнюса, железная дорога. Так что, наверное, этот город амбициозный. Но у него джазовый дух.
Я горжусь, когда слышу, как Клайпеду называют «балтийским Новым Орлеаном».
Джаз-туризм – почему нет?
– А вы не боитесь конкуренции с польскими соседями? Недавно объявлено о планах по строительству нового глубоководного Центрального порта в Гданьске. Он должен вступить в строй в 2029 году, объем инвестиций, по оценкам, составит около 3 миллиардов евро.
– Конкуренции, наверное, не надо бояться никому, хотя это жизни не облегчает. Она просто не оставляет тебе иного выхода, кроме как двигаться вперед. Калининград сейчас тоже набирает обороты, мы слышали о планах по развитию приема круизных кораблей. Лично я смотрю на конкуренцию как на возможность, а не как на угрозу. Порт у нас государственный, муниципалитет не влияет на его управление. Но, конечно, сильный порт – сильный город – сильное государство.
– Ваш коллега, мэр самоуправления Неринги Дарюс Ясайтис, в интервью нашей газете жаловался на туристов-круизников! Мол, не ночуют, денег не оставляют...
– Да, я много раз слышал подобную оценку, и я понимаю Дарюса Ясайтиса как мэра. Смотря с его позиции, а он руководит одним из самых маленьких самоуправлений Литвы, конечно, обидно не получать никаких дивидендов от этих туристов. Но надо искать новые формы, чтобы «стать полезными для туристов»: остались поесть, купили больше каких-то сувениров.
Я все-таки считаю, что туристы – это настоящий клад, это большая возможность. Только надо уметь этим воспользоваться.
– А насколько важен туризм для Клайпеды?
– Клайпеда – город промышленный, и туризм не является нашим главным экономическим «топливом». Но, безусловно, турист приносит городу доходы опосредованно: через траты в гостиницах, барах, ресторанах. Вот фестиваль «Замковый джаз» бесплатный и всегда был бесплатным для посещения, поэтому по билетам считать не получится. Но мы проводим соци-ологические исследования, замеры. На лучших концертах у нас здесь на территории терминала собиралось до 8–10 тысяч человек. Считайте, что за два-три дня Клайпедского фестиваля здесь побывает 20–25 тысяч людей. И я думаю, что не меньше половины, а то и больше – это приезжие.
– Вопрос из разряда «что было раньше – курица или яйцо?». Этот фестиваль «Замковый джаз» (он учрежден в 1994 году. – Прим. авт.) появился потому, что Клайпеда такой музыкальный город? Или, наоборот, джаза в городе стало больше благодаря вам?
– Тяжело определить с ходу. Просто в 1992–1993 году ощущался большой подъем стилей «буги», диксиленд, я в то время играл с группой, концертировал в Швейцарии, Голландии, Польше, Германии. Мы участвовали во многих фестивалях джаза, нас хорошо принимали. В то время в Литве уже существовали фестивали в Каунасе и Бирштонасе, но у них свой стиль, своя направленность, диксиленд там был слабо представлен. И я подумал: почему бы и нет? Но важнейшим опытом стало участие в двух больших диксиленд-фестивалях в Германии – и это стало моей «точкой опоры». А уже потом сам фестиваль дал толчок к появлению клуба, мощный импульс для нашего университета, у нас появилась кафедра джаза. Да, тут уж наш фестиваль сам стал «двигателем».
– Вы еще преподаете там?
– Уже лет пятнадцать как не преподаю. Когда надо было выбирать в 2004-м – политика или преподавание, я решил: пусть музыка остается «для души».
С президентом на «ты»
– В марте 2019 года состоялись выборы президента Литвы, на которых вы поддерживали кандидата Гитанаса Науседу, уроженца Клайпеды. Как думаете, может теперь Клайпеда ожидать особого к себе отношения?
– Я несколько раз официально, публично и достаточно громко сказал, что в Литве многие, и я сам, будут сильно разочарованы, если новый президент вдруг начнет «исключительно любить» свой город и как-то ему помогать, направлять. Все-таки президент Литвы обязан относиться ко всем в равной степени. Но, безусловно, существует духовная связь, эмоциональная, она важна, когда ты можешь с президентом общаться чуть ли не на «ты», когда вы выросли в одном городе. Мы даже пели в одном и том же хоре мальчиков, правда, в разное время. Легче договориться о присутствии на каких-то мероприятиях, о поддержке конкретных проектов, важных для Клайпеды. Я как раз могу сказать, что у нашего города много потенциала, ранее не использовавшегося. Перемены в этом поле могут и должны быть.
– Науседа бывал в Калининграде?
– В советское время? Наверняка!
– Витаутас, мы говорим сейчас о хорошем, да и настроение у нас соответственно фестивалю приподнятое. Но ни один город не избавлен от проблем. Каковы основные болевые точки Клайпеды? Например, отток населения в Европу – для вас большая проблема?
– Не только для Клайпеды, но и для других стран Восточной Европы. Когда открылись границы, как только мы стали членами Шенгена и ЕС, люди просто начали искать места, где им лучше живется. Конечно, когда за одну и ту же работу где-то получаешь больше, туда и тянет. Это потом уже начинаешь замечать, что получаешь больше, но и платить больше приходится. Но все-таки живя, допустим, в тех странах, куда мигрируют – Германия, Норвегия, Великобритания, – люди экономят, набирают капитал, посылают деньги на родину, даже возвращаются. Но я всегда говорю, особенно о молодых людях, о студентах: это хорошо, что они уезжают. Они имеют возможность выбрать для себя лучший вариант образования. Самое главное – чтобы было что-то, что потянет их назад. Пусть возвращаются и применяют полученные знания, опыт здесь, в Литве.
– У вас никогда не было желания покинуть Клайпеду, пере ехать в город больше?
– Я работал в Вильнюсе почти восемь лет, это был новый полезный опыт. Но тяга к Клайпеде оказалась сильнее, чем желание остаться в Вильнюсе.
– Приезжие, конечно, прежде всего исследуют исторический центр, «сенамиестас» – Старый город. А какой район нравится лично вам?
– Как глава города я с равной любовью отношусь ко всем районам, все они требуют моего внимания. Но как житель Клайпеды могу сказать, что родился в старом районе, долгое время жил в новых районах, за свои 62 года изучил, пожалуй, все части города. Сейчас живу в Мельнраге у самого моря. Для меня, конечно, если бы нужно было выбирать, я бы то же место и выбрал, где сейчас: у моря, у леса.
Справка «СК»
Годом основания Клайпеды считается 1252 год, когда Ливонский орден построил в устье реки Данге деревянный замок Мемельбург. Сегодня Клайпеда – крупнейший балтийский порт и важный центр литовской экономики. Кроме судостроения и ремонта, развиваются рыбообработка, молочная промышленность, мебельное и прочее производство. По данным 2018 года, население составляет около 150 000 человек, это третий по величине город Литвы после Вильнюса и Каунаса.
Фестиваль «Замковый джаз» – дитя перестройки, родившийся одновременно с восстановлением литовской независимости, первый фестивальный концерт состоялся в 1994 году
В 2013 году Витаутас Грубляускас, будучи действующим мэром Клайпеды, выступил на фестивале «Калининград Сити Джаз»
Многочисленные туристы, в том числе приезжающие на фестиваль, приносят городу доходы опосредованно: через траты в гостиницах, барах, ресторанах
Светлана Колбанёва, rec@strana.39, фото автора и мэрии Клайпеды
