Страны Европы видят неизбежность конфликта с Россией, а представители Балтийских стран «разогревают публику», высказываясь о российской угрозе и ведя милитаризацию.
Под всем этим, возможно, кроется желание реиндустриализировать Европу, которая в последние годы крайне мало тратила на оборону. Такими мыслями поделился известный российский политолог, кандидат исторических наук, доцент, руководитель группы комплексных исследований Балтийского региона Института мировой экономики и международных отношений РАН Дмитрий Офицеров-Бельской во время встречи с членами Балтийского делового Клуба.
О тенденциях развития Балтийского региона
- Балтийский регион – это единственная зона соприкосновения России и НАТО со всеми вытекающими из этого рисками, - констатирует эксперт. - Если вы посмотрите на конфликт России и Украины, то становится понятно, что по факту это конфликт России и Запада, просто на территории Украины. Страны Европы рассуждают в последнее время на тему неизбежности конфликта с Россией и необходимости подготовки к нему.
По данным политолога, до 2030 года страны ЕС собираются потратить на военные нужды 2,5 триллиона евро. Это довольно прилично для Европы. Для сравнения, американский военный бюджет – это почти под триллион долларов ежегодно. При этом у европейцев пока нет мощностей на такие расходы.
Одним из приоритетов развития сейчас называют Балтийский регион. Не секрет, что прибалты активно стараются в Европейском Союзе. Представители балтийских стран заведуют вопросами обороны в ЕС. Это люди, которые должны «разогревать публику», высказываться о российской угрозе и вести милитаризацию. И в этом всём многие видят желание реиндустриализировать Европу, делая это под предлогом угрозы со стороны России. Впоследствии угроза может зайти на нет, но результат в виде заводов и специалистов останется. Если взять восточноевропейские экономические показатели, то видно, что у некоторых стран, и в целом по всему Балтийскому региону, экономика ухудшается. Эстония после трех лет экономического спада, что позволяет говорить о проблемах системы. Латвия с очень невысоким ростом. В Литве рост несколько лучше. Польша всегда показывает неплохие показатели роста.
- Но мы должны понимать, все это, даже там, где есть рост, - это не показатель того, что рост продуктивный. ВВП формируется из разных компонентов, и одним из важнейших являются государственные расходы. Чтобы поднять ВВП, нужно просто поднять госрасходы. Можно ничего для этого не делать, а просто поднять зарплаты чиновникам. Всегда нужно обращать внимание на качество экономического роста, - считает Офицеров-Бельский. – К примеру, строит Латвия полигон. Имеет ли это положительное влияние на развитие экономики? Нет. Построить завод – это одно. А полигон – совершенно другое. Никакого экономического, хозяйственного смысла в этом нет. За исключением того, что ты привлекаешь деньги из европейских фондов. Если посмотреть на размеры бюджетного дефицита в той же Польше, он колоссальный, где-то под треть расходной части. Нужно понимать, что у стран балтийского региона нет драйверов для самостоятельного развития.
Средства – в дело
Запад собирается изымать российские средства, чтобы направить их на восстановление Украины. Это восстановление, по большому счету, загружает их промышленность. Потому что украинцы сами себя восстанавливать не могут, им нечем, и, по большому счету, некем. В стране осталось порядка 19 млн человек. На момент начала СВО было порядка 32 млн.
- Европа нуждается в реиндустриализации, потому что зависимость от аутсорсинга, производства на стороне стала слишком большой, - отмечает Дмитрий Офицеров-Бельский. - А в некоторых случаях даже критической. Когда началась эпидемия ковида, европейцы заметили, что у них семьдесят процентов субстанций для медикаментов закупается в Китае. Это вопрос в том числе и безопасности, когда у тебя нет собственных лекарств.
Сама по себе идея аутсорсинга себя исчерпала, да и мир стоит на пороге нового витка модернизации и механизации производства. То есть нет уже такой необходимости искать дешевые рабочие руки, к тому же китайские рабочие уже стали не такие уж дешевые. А в условном Бангладеш они неквалифицированные. Поэтому вложить средства в собственное производство для европейцев важно. Даже если ты производишь танк и он никогда не будет пущен в дело, позитивные эффекты все равно есть. Просто не надо их преувеличивать.
- У многих возникает впечатление, что конфликт с Россией - это способ решить некоторые экономические проблемы. Но тогда возникает ряд вопросов. С наращиванием военной истерии, военного производства, расходов на оборону, которые стараются довести до 5 процентов, нужно обратить внимание - военная история всегда удобна для любой коррупции, потому что расходы можно скрыть под предлогом секретности. И всегда эта коррупционная составляющая, особенно в Балтийском регионе, заложена, - считает политолог.
А будет ли конфликт?
Во всей истерии подготовки к войне попутно уничтожаются механизмы, которые могли бы потенциальный конфликт сдержать. Таких узких мест, где любая эскалация конфликта застопоривается, достаточно много. Например, трактовка инцидентов. Намеренно или случайно?
Юристы НАТО сейчас пытаются пересмотреть международное понятие, кто же является агрессором. Якобы Россия пользуется различными способами атаковать страны восточноевропейского альянса, но все эти способы находятся ниже порога статьи Устава НАТО о взаимопомощи в случае агрессии. Якобы мы так все время прощупываем и повышаем градус эскалации. Запад собирается реагировать на то, что сейчас не подпадает под определение агрессии или атаки. Это первая проблема на самом низовом уровне.
При этом милитаризация не всегда означает намерение вступить в конфликт. Причины для милитаризации могут быть разные. В последнее время Европейский Союз крайне мало тратил на оборону. Ни одна европейская страна без поддержки американцев, уже не способна проецировать свою силу и оказывать давление в других регионах. К тому же европейцам нужна определенная независимость от американцев. Об этом стали говорить давно, но дело сдвинулось с мертвой точки только примерно в 2021 году.
- Думаю, что главная цель европейцев сейчас – это обретение независимости от Соединенных Штатов, - считает Офицеров-Бельский. - Поскольку столкновение с Россией ни для нас, ни для них ничем хорошим не закончится. Но у Балтийского региона есть свои особенности – здесь отрабатываются многие модели, которые можно распространить и на другие регионы мира. Например, задержание российских судов. Эту практику стремятся расширять. Сейчас разрабатываются новые юридические механизмы, как это можно делать.
Если еще говорить про маркеры, то можно обратить внимание на стремление населения сохранить мир. Во всех странах Балтийского региона понимают, что в случае военизированного конфликта на их территории развернется театр военных действий, и они, прежде всего, пострадают. Поэтому в реальности меньше всего хотят конфликта поляки и прибалты. То есть те, кого принято считать русофобами. Сейчас они совершенно не готовы к конфликту с Россией, хотя и говорят об этом постоянно. Уровень обеспокоенности, что конфликт неизбежен, очень высокий. Подготовка бомбоубежищ, путей массовой эвакуации – это то, что сейчас в Прибалтике является проблематикой, которой они занимаются ежедневно. Возможно, из Балтийского региона формируют то, чем были Балканы в начале 20-го века – пороховая бочка с изъятыми механизмами сдерживания.
