Коллегами и подругами были немки
Своими воспоминаниями поделилась жительница Черняховска Валентина Ивановна Дрыкова.– После окончания войны отца отправили на работу в Калининградскую область, а в 1946 он сделал вызов для жены и семерых детей, – рассказала корреспонденту «СК» наша землячка. – Так я оказалась в Озерске, пошла работать на элеватор. Трудилась вместе с двумя немками — Гертой и Мартой. Герта немного понимала по-русски, я — по-немецки, так и общались, даже сдружились. Они жили рядом с работой, а я — в нескольких километрах, так что часто бывала в обед у них в гостях. Однажды Герта рассказала, что раньше жила в Калининграде, у нее там был свой ресторан, и попросила помочь, чтобы съездить в город и посмотреть, уцелел ли он. Я объяснила все директору, он выделил лошадь с повозкой (другого транспорта в те времена не было), сопровождение и отпустил в областной центр. Правда, оказалось, что дом разрушен, но Герта все равно была рада увидеть родные места.
Со временем Валентина Ивановна переселилась в Черняховск, там работала в пункте заготовки зерна. Она рассказывает, что в городе было много разрушенных зданий и всех, независимо от должностей, отправляли разбирать завалы — нужно было отбирать целый кирпич, его потом использовали для восстановления зданий, которые не так сильно пострадали, и в них потом давали квартиры рабочим.
– Мы с мужем прожили вместе шестьдесят лет, воспитали сына и дочь, подрастают внуки. Спасибо за ваш проект в газете и за возможность вспомнить прошедшие годы, – говорит пенсионерка.
Своими воспоминаниями поделилась жительница Черняховска Валентина Ивановна Дрыкова.– После окончания войны отца отправили на работу в Калининградскую область, а в 1946 он сделал вызов для жены и семерых детей, – рассказала корреспонденту «СК» наша землячка. – Так я оказалась в Озерске, пошла работать на элеватор. Трудилась вместе с двумя немками — Гертой и Мартой. Герта немного понимала по-русски, я — по-немецки, так и общались, даже сдружились. Они жили рядом с работой, а я — в нескольких километрах, так что часто бывала в обед у них в гостях. Однажды Герта рассказала, что раньше жила в Калининграде, у нее там был свой ресторан, и попросила помочь, чтобы съездить в город и посмотреть, уцелел ли он. Я объяснила все директору, он выделил лошадь с повозкой (другого транспорта в те времена не было), сопровождение и отпустил в областной центр. Правда, оказалось, что дом разрушен, но Герта все равно была рада увидеть родные места.
Со временем Валентина Ивановна переселилась в Черняховск, там работала в пункте заготовки зерна. Она рассказывает, что в городе было много разрушенных зданий и всех, независимо от должностей, отправляли разбирать завалы — нужно было отбирать целый кирпич, его потом использовали для восстановления зданий, которые не так сильно пострадали, и в них потом давали квартиры рабочим.
– Мы с мужем прожили вместе шестьдесят лет, воспитали сына и дочь, подрастают внуки. Спасибо за ваш проект в газете и за возможность вспомнить прошедшие годы, – говорит пенсионерка.
Валентина (в центре) переехала сюда в 1947 году, это одно из первых фото в области
Валентина Ивановна (на снимке она справа) с мужем и семьей дочери
В кирхе сушили зерно
Николай Григорьевич Наумов переехал в нашу область вместе с родителями и братьями в 1948 году из Тамбовской области.– В 1941 году отцу под Москвой прострелили легкое, и он больше не участвовал в боевых действиях, вернулся домой. В деревне был страшный голод, несмотря на то, что урожаи шли хорошие, все элеваторы под завязку заполняли зерном, оно даже на улицах лежало. Но это был государственный запас, и взять хоть горсточку не разрешали, тогда ведь и за колосок могли посадить в тюрьму. Так что родители, как узнали о программе переселения в Калининградскую область, решили ехать. Отец сказал, что, может, хоть там хлеба до сыта наедимся, – рассказывает Николай Григорьевич.
Поселилась семья в поселке Владимирово Багратионовского района, где наш герой живет до сих пор. Николай Григорьевич вспоминает, что на их доме была надпись, видимо, оставили солдаты: ««Русские прусских бивали, русские в Берлине бывали».
– Немцев из этих мест депортировали, но не всех, брат рассказывал, что в соседней деревне остался один мужчина: выучил русский, работал пастухом, – говорит наш собеседник. – Трудились в те годы много, взрослые отдавали общему делу все силы, дети тоже помогали. С продуктами тут было лучше. Мама моего друга работала в пекарне, вот мука была, а масла — нет, так что формы смазывали дизельным топливом. Пахли буханки потом неприятно, но есть было можно.
Вскоре в эти же места пере-ехали и другие родственники Наумовых.
– В детстве мы, мальчишки, часто лазили в кирху — она и сейчас стоит в поселке, красивое большое здание. Но тогда оно было целым, с витражами, колоколом — в него каждый день в полдень звонил конюх, чтобы люди знали, что пришло время обеда. Потом внутри стали сушить зерно, проломили стены, а сейчас туда и вовсе не попасть.
После школы Николай Григорьевич отучился в техническом училище на слесаря по ремонту судовых машин и механизмов, служил на флоте в Кронштадте, а потом до 1976 года ходил в море.
– Рыбы мы ловили много: когда с рейса приходили, места пришвартоваться всем не хватало! Так что довелось попутешествовать: видел Гавану, Канарские острова, Антарктиду с айсбергами и королевскими пингвинами! – делится наш собеседник.
Через некоторое время, чтобы получить жилье, мужчина устроился в родной совхоз водителем, 29 лет за рулем.
– Вот так получилось, что с Владимирово связана вся моя жизнь. Здоровье не часто позволяет, но иногда выхожу к реке — оттуда открывается отличный вид на деревню и кирху на холме – и вспоминаю прошлое, – говорит Николай Григорьевич.
Николай Григорьевич Наумов переехал с родителями в поселок Владимирово
в 1948 году и живет там до сих пор
Николай Наумов срочную служил в Кронштадте и пел в военном ансамбле
