Калининградский областной суд признал законным решение Светлогорского городского суда о взыскании с «Центра отдыха и поддержки молодежных инициатив «Огонек»
55 тысяч рублей – за моральный вред в пользу семьи Соловьевых*. Медик одного из светлогорских лагерей так оказала помощь 9-летнему Ярославу, укушенному осой, что через несколько дней тот попал в больницу с ожогом и перенес трансплантацию кожи.
Не та медицинская квалификация
Рассказать журналисту «СК» эту историю мама Ярослава не смогла: воспоминания ей даются нелегко. Подробностями с газетой поделился представлявший интересы семьи в суде юрист Дмитрий Клименко.
– В начале июля прошлого года мальчик приехал отдыхать в спортивный лагерь Светлогорска. За путевку родители отдали почти 19 тысяч рублей. Прошло несколько дней с начала смены, как во время игры на улице его укусила оса (в предплечье, прямо посередине между локтем и кистью с наружной стороны. – Прим. авт.), – рассказывает юрист. – Мальчик обратился за помощью к воспитателю, а та в свою очередь отправила его в медпункт. Там медсестра обработала место укуса раствором марганца и разведенным с водой нашатырным спиртом, наложила повязку. На второй день после осмотра места укуса медик обнаружила покраснение. Решив, что это аллергическая реакция, она дала Ярославу антигистаминное средство. И это при том, что в его личной медкарте отмечено, что ребенок не аллергик!
По словам юриста, в результате на третий день у Ярослава развилось серьезное поражение кожи, а ему сказали позвонить матери, сообщить о случившемся и попросить приехать.
– Это было одной из особенностей работы сотрудников лагеря – передавать всю информацию через ребенка. Я считаю это нарушением, ведь в такой ситуации 9-лений мальчик в силу возраста не может объективно оценить ситуацию и передать ее родным. А сама медсестра не приняла решения обратиться к другим специалистам, – подчеркивает Дмитрий Клименко. – Считаю это также нарушением, так как по образованию она младший медицинский работник, а в штатном расписании лагеря значится должность врача. То есть наличие сотрудника нужной квалификации в лагере обеспечено не было.
Диагноз – химический ожог
В итоге мама Ярослава Светлана Соловьева сама приехала в лагерь, забрала сына в Калининград, где врачи Центральной городской больницы констатировали диагноз – «контактный химический ожог». К этому моменту на коже ребенка образовался струп* размером примерно в 5 см, и медики ожогового отделения приняли решение о том, что Ярославу нужна срочная операция по трансплантации кожи. И для матери, и для мальчика это известие стало настоящим шоком! (Позже областные специалисты сделали вывод, что медсестра в лагере не учла температуры – стояли жаркие дни – и высокой влажности, из-за чего и развился химический ожог. – Прим. авт.). Лоскут кожи для пересадки хирурги взяли со здоровой руки мальчика.
В итоге вместо летних развлечений и оздоровления Ярославу пришлось терпеть боль от сильнейшего ожога, затем больничные стены, операцию и три недели лечения. Каникулы были абсолютно испорчены! В это время Светлане пришлось совмещать работу в коммерческой организации с бесконечными поездками в больницу к ребенку.
– Надо сказать, что мама уже в течение 5 дней после ЧП обратилась к руководству лагеря с просьбой возместить им моральные потери, – продолжает юрист. – Директор вины в случившемся не отрицал, но в то же время компенсировать потери отказался, предложив Светлане бесплатную путевку на следующий год.
Тогда, полагая, что вред здоровью ребенка был причинен из-за действий медика, женщина решила идти за справедливостью в суд.
В итоге Светлогорский городской суд пришел к выводу, что ребенок получил ожог из-за ненадлежащего контроля со стороны медперсонала лагеря, и решил взыскать с «Центра отдыха и поддержки молодежных инициатив «Огонек» в пользу Ярослава Соловьева – 50 000 рублей, а также Светланы Соловьевой – 5 000 за моральный вред.
Ответчик пытался обжаловать это решение и подал апелляционную жалобу в Калининградский областной суд, но оно было признано законным и обоснованным.
– Деньги, взысканные по суду, Соловьевым уже выплачены, – говорит юрист. – И, несмотря на все пережитое, этим летом Ярослав опять поедет отдыхать в тот же лагерь, так как он там был не впервые и отдых ему полюбился. Мама решила не отказывать ему в этом, но она настроена более тщательно контролировать происходящее в лагере.
Что делать, если ребенок получил травму (ожог, укус)
Ответственность за ребенка, пока он в учебном заведении (лагере), несет его администрация. Поэтому все претензии надо предъявлять туда.
1) Обратитесь с письменной жалобой к директору школы. Настаивайте на том, чтобы
администрация составила акт о несчастном случае. Обратитесь в бюро судебно-медицинской экспертизы за дачей заключения о тяжести причиненного вреда здоровью.
2) Если администрация не желает фиксировать факт несчастного случая, то доказательством будут меддокументы, подтверждающие обращение за медицинской помощью, свидетельские показания.
3) Обращайтесь в суд с иском, в котором:
– подробно изложите обстоятельства произошедшего;
– укажите свидетелей, другие доказательства;
– приложите акт судмедосвидетельствования;
– приложите кассовые, товарные чеки о затратах на лечение, – справку из бухгалтерии о недополученном заработке.
Справка «СК»
Струп* – это омертвевшая ткань, которая отходит от здоровой кожи, появляется после ожогов и на месте пролежней.
Совет психолога
– Если вина лагеря действительно есть, то судится стоит, – говорит семейный психолог Наталья Николаева. – В этом случае запаситесь терпением и не давайте воли эмоциям. Будьте готовы к тому, что обвинять будут вас (мол, сами виноваты). В любом случае изначально обсудите в семье, готовы ли вы пройти такой нелегкий путь, но обычно это стоит того и моральные затраты окупаются.
Из калининградской судебной хроники
2014 год
Зеленоградский районный суд взыскал с городской средней школы в пользу матери ученика: 7 100 рублей – расходы на его лечение,
13 533,33 рубля – судебно-медицинская экспертиза, 100 000 рублей – компенсация морального вреда ей и 200 000 рублей – ребенку. В школьном летнем лагере во время занятий по плаванию мальчик получил травму ноги и спины. Медперсонал школы своевременно помощь ребенку не оказал.
2015 год
• Центральный районный суд Калининграда взыскал с детского сада в пользу отца и его сына 50 000 рублей – компенсация морального вреда, 2 960,56 рубля – расходы на лекарства, 4 210,84 рубля – недополученный заработок, 45 000 рублей – услуги няни. Во время прогулки на территории детского сада ребенок получил травму руки, упав со спортивного сооружения.
• Московский районный суд Калининграда взыскал с детского сада в пользу родителей ребенка 36 400 рублей – компенсация морального вреда и судебные расходы. Во время прогулки ребенок получил травму лица, потребовалось стоматологическое лечение. Из-за этого он две недели не мог посещать детсад и не смог участвовать в новогоднем утреннике.
2016 год
• Советский городской суд взыскал с учреждения «Детский сад» 30 000 тысяч рублей компенсации морального вреда в пользу дошкольника и его родителей. В конце марта 2015 года ребенку на голову упал самовар, стоявший на шкафу в помещении группы. В результате происшествия ребенок получил ушиб.
• Московский районный суд Калининграда взыскал с дошкольного учреждения в пользу матери и ее 2-летнего сына 60 000 рублей за моральный вред. В октябре 2015 года в детском саду ребенок получил травму пальца руки. А через месяц ушибленную рану лица. После ЧП медик обработала рану, наклеила пластырь. После этого мальчика доставили в больницу, где ему оказали помощь и выдали направление на лечение у хирурга.
55 тысяч рублей – за моральный вред в пользу семьи Соловьевых*. Медик одного из светлогорских лагерей так оказала помощь 9-летнему Ярославу, укушенному осой, что через несколько дней тот попал в больницу с ожогом и перенес трансплантацию кожи.
Не та медицинская квалификация
Рассказать журналисту «СК» эту историю мама Ярослава не смогла: воспоминания ей даются нелегко. Подробностями с газетой поделился представлявший интересы семьи в суде юрист Дмитрий Клименко.
– В начале июля прошлого года мальчик приехал отдыхать в спортивный лагерь Светлогорска. За путевку родители отдали почти 19 тысяч рублей. Прошло несколько дней с начала смены, как во время игры на улице его укусила оса (в предплечье, прямо посередине между локтем и кистью с наружной стороны. – Прим. авт.), – рассказывает юрист. – Мальчик обратился за помощью к воспитателю, а та в свою очередь отправила его в медпункт. Там медсестра обработала место укуса раствором марганца и разведенным с водой нашатырным спиртом, наложила повязку. На второй день после осмотра места укуса медик обнаружила покраснение. Решив, что это аллергическая реакция, она дала Ярославу антигистаминное средство. И это при том, что в его личной медкарте отмечено, что ребенок не аллергик!
По словам юриста, в результате на третий день у Ярослава развилось серьезное поражение кожи, а ему сказали позвонить матери, сообщить о случившемся и попросить приехать.
– Это было одной из особенностей работы сотрудников лагеря – передавать всю информацию через ребенка. Я считаю это нарушением, ведь в такой ситуации 9-лений мальчик в силу возраста не может объективно оценить ситуацию и передать ее родным. А сама медсестра не приняла решения обратиться к другим специалистам, – подчеркивает Дмитрий Клименко. – Считаю это также нарушением, так как по образованию она младший медицинский работник, а в штатном расписании лагеря значится должность врача. То есть наличие сотрудника нужной квалификации в лагере обеспечено не было.
Диагноз – химический ожог
В итоге мама Ярослава Светлана Соловьева сама приехала в лагерь, забрала сына в Калининград, где врачи Центральной городской больницы констатировали диагноз – «контактный химический ожог». К этому моменту на коже ребенка образовался струп* размером примерно в 5 см, и медики ожогового отделения приняли решение о том, что Ярославу нужна срочная операция по трансплантации кожи. И для матери, и для мальчика это известие стало настоящим шоком! (Позже областные специалисты сделали вывод, что медсестра в лагере не учла температуры – стояли жаркие дни – и высокой влажности, из-за чего и развился химический ожог. – Прим. авт.). Лоскут кожи для пересадки хирурги взяли со здоровой руки мальчика.
В итоге вместо летних развлечений и оздоровления Ярославу пришлось терпеть боль от сильнейшего ожога, затем больничные стены, операцию и три недели лечения. Каникулы были абсолютно испорчены! В это время Светлане пришлось совмещать работу в коммерческой организации с бесконечными поездками в больницу к ребенку.
– Надо сказать, что мама уже в течение 5 дней после ЧП обратилась к руководству лагеря с просьбой возместить им моральные потери, – продолжает юрист. – Директор вины в случившемся не отрицал, но в то же время компенсировать потери отказался, предложив Светлане бесплатную путевку на следующий год.
Тогда, полагая, что вред здоровью ребенка был причинен из-за действий медика, женщина решила идти за справедливостью в суд.
В итоге Светлогорский городской суд пришел к выводу, что ребенок получил ожог из-за ненадлежащего контроля со стороны медперсонала лагеря, и решил взыскать с «Центра отдыха и поддержки молодежных инициатив «Огонек» в пользу Ярослава Соловьева – 50 000 рублей, а также Светланы Соловьевой – 5 000 за моральный вред.
Ответчик пытался обжаловать это решение и подал апелляционную жалобу в Калининградский областной суд, но оно было признано законным и обоснованным.
– Деньги, взысканные по суду, Соловьевым уже выплачены, – говорит юрист. – И, несмотря на все пережитое, этим летом Ярослав опять поедет отдыхать в тот же лагерь, так как он там был не впервые и отдых ему полюбился. Мама решила не отказывать ему в этом, но она настроена более тщательно контролировать происходящее в лагере.
Что делать, если ребенок получил травму (ожог, укус)
Ответственность за ребенка, пока он в учебном заведении (лагере), несет его администрация. Поэтому все претензии надо предъявлять туда.
1) Обратитесь с письменной жалобой к директору школы. Настаивайте на том, чтобы
администрация составила акт о несчастном случае. Обратитесь в бюро судебно-медицинской экспертизы за дачей заключения о тяжести причиненного вреда здоровью.
2) Если администрация не желает фиксировать факт несчастного случая, то доказательством будут меддокументы, подтверждающие обращение за медицинской помощью, свидетельские показания.
3) Обращайтесь в суд с иском, в котором:
– подробно изложите обстоятельства произошедшего;
– укажите свидетелей, другие доказательства;
– приложите акт судмедосвидетельствования;
– приложите кассовые, товарные чеки о затратах на лечение, – справку из бухгалтерии о недополученном заработке.
Справка «СК»
Струп* – это омертвевшая ткань, которая отходит от здоровой кожи, появляется после ожогов и на месте пролежней.
Совет психолога
– Если вина лагеря действительно есть, то судится стоит, – говорит семейный психолог Наталья Николаева. – В этом случае запаситесь терпением и не давайте воли эмоциям. Будьте готовы к тому, что обвинять будут вас (мол, сами виноваты). В любом случае изначально обсудите в семье, готовы ли вы пройти такой нелегкий путь, но обычно это стоит того и моральные затраты окупаются.
Из калининградской судебной хроники
2014 год
Зеленоградский районный суд взыскал с городской средней школы в пользу матери ученика: 7 100 рублей – расходы на его лечение,
13 533,33 рубля – судебно-медицинская экспертиза, 100 000 рублей – компенсация морального вреда ей и 200 000 рублей – ребенку. В школьном летнем лагере во время занятий по плаванию мальчик получил травму ноги и спины. Медперсонал школы своевременно помощь ребенку не оказал.
2015 год
• Центральный районный суд Калининграда взыскал с детского сада в пользу отца и его сына 50 000 рублей – компенсация морального вреда, 2 960,56 рубля – расходы на лекарства, 4 210,84 рубля – недополученный заработок, 45 000 рублей – услуги няни. Во время прогулки на территории детского сада ребенок получил травму руки, упав со спортивного сооружения.
• Московский районный суд Калининграда взыскал с детского сада в пользу родителей ребенка 36 400 рублей – компенсация морального вреда и судебные расходы. Во время прогулки ребенок получил травму лица, потребовалось стоматологическое лечение. Из-за этого он две недели не мог посещать детсад и не смог участвовать в новогоднем утреннике.
2016 год
• Советский городской суд взыскал с учреждения «Детский сад» 30 000 тысяч рублей компенсации морального вреда в пользу дошкольника и его родителей. В конце марта 2015 года ребенку на голову упал самовар, стоявший на шкафу в помещении группы. В результате происшествия ребенок получил ушиб.
• Московский районный суд Калининграда взыскал с дошкольного учреждения в пользу матери и ее 2-летнего сына 60 000 рублей за моральный вред. В октябре 2015 года в детском саду ребенок получил травму пальца руки. А через месяц ушибленную рану лица. После ЧП медик обработала рану, наклеила пластырь. После этого мальчика доставили в больницу, где ему оказали помощь и выдали направление на лечение у хирурга.
С химическим ожогом и струпом на нем ребенок попал в больницу на операцию
